Становление ведьмы: история одной из тьмы. Часть 3. Когда ты невеста, идущая по краю.

 

 

539BF9CF-7912-4440-B867-4454D41FF141
Марине казалось, что она падает в черной, липкой и теплой пустоте, оглушающей своей, словно мертвой, тишиной. Изредка из пустоты проступали какие-то смутные образы и видения. Но, не обретя четкости, они исчезали. Марина не знала, сколько она падает, ощущение времени исчезло, как и пропало напрочь возможность двигать руками и ногами. Ее мысли сонно блуждали в голове, сознание играло роль наблюдателя.

 

Внезапно Марина ощутила, что стоит в какой-то комнате чужой квартиры. Пространство вокруг было окрашено в бело-серо-черные тона. Электрический свет в комнате отсутствовал и только свет Луны из единственного окна, освещал пустынность комнаты и свидетельствовал о том, что за окном ночь. Комната была обычной, советской, напоминала комнату коммуналки, но совершенно без мебели. Впрочем, Марину это не смущало, она чувствовала, что все так и должно быть. Ей даже казалось, что она здесь когда-то уже была.

 

Марину сильно потянуло к окну, она ступила шаг, второй, движения были ватными и медленными, словно двигаться приходилось сквозь толщу воды.

Двигаясь черепашьим темпом к окну, Марина краем глаза уловила белесое движение сбоку, повернула голову и увидела себя, свое отражение. На стене висело большое старинное зеркало, обрамленное подобно старинной картине в рамку с витиеватым узором. Марина смотрела на себя в зеркало и удивлялась: вместо своей одежды она была одета в пышное белое подвенечное платье, но без фаты на голове. Несмотря на отсутствие фаты, на голове Марина также обнаружила необычное, её волосы были черного цвета и спускались длинными прямыми и словно не живыми лентами по плечам, спине, ярко контрастируя с белым свадебным платьем.
Еще некоторое время полюбовавшись своим отражением, Марина двинулась дальше к окну. Подойдя и взглянув в неожиданно чистые, прозрачные стекла старого окна, Марина увидела какой-то пустынный проспект, на другой стороне которого ютились стоящие в ряд дома-«хрущевки». Судя по тьме в окнах домов, тишине и отсутствию какого-либо движения на дороге проспекта, за окном была глухая ночь и свет полной Луны только дополнял общее ощущение, что город спит крепким сном.

 

Неожиданно, Марина заметила вдалеке, на крыше одной из дальних «хрущевок», движение. Присмотревшись, она увидела кота гигантских размеров. Кот передвигался, мягко прыгая с крыши на крышу «хрущевок». Наконец кот приземлился на крышу «хрущевки», расположенную на противоположной стороне дороги от окна, из которого Марина смотрела на улицу. Теперь Марина смогла рассмотреть кота получше. Кот сидел и очень мило, словно по домашнему, умывал себя лапой. Кот был не просто огромным, по сравнению с общим внешним видом «хрущевки», его размер был примерно 1/3 от общего размера жилого здания.

Внезапно, кот перестал умываться, сел, красиво выгнув грудь под свет полной Луны и периодически жмуря глаза, принялся, видимо, тихонько урчать. Хоть Марина не слышала никаких звуков, но она была уверена, что кот именно так и делал.
Он был черным как уголь, с такими же черными и одновременно блестящими глазами. В свете полной Луны его шерсть словно искрилась. Но даже не это привлекло внимание Марины. На груди кота расположился огромный красивый бант темно-красного цвета. Шелковистая ткань богато возлежала на черной меховой груди милого черного гиганта. В середине банта находилась большая брошь из серебристого металла с блестящими камнями. Практически все камни были прозрачные, насыщенно красного цвета и располагались на броши россыпью, создавая какой-то необычный, но красивый узор, от краев завитками и спиралями подходя к середине броши, в центре которой тускло блестел огромный черный камень. Марина завороженно смотрела на эту картинку: гигантский черный кот с красным бантом и красивой брошью на груди.

 

Кот повернул свою огромную пушистую голову в сторону Марины и посмотрел ей прямо в глаза. Марина вздрогнула, ей почудилось, что словно леденящий холодный ужас проник через глаза кота ей прямо в душу и поселился внутри Марины навсегда. Кот расширил свои черные и огромные, как колеса грузовика, глаза в удивлении и какой-то брезгливости, и широко мявкнул своей пастью. Марине показалось, что сделал он это как-то даже лениво, словно делал огромное одолжение. После чего, кот перепрыгнул на крышу другой «хрущевки» и словно растаял во мраке ночи.

 

Потеряв кота из виду, Марина решила повернуться в комнату и осмотреть её получше. Но тут рука Марины коснулась какого-то предмета, стоявшего на подоконнике. Автоматически посмотрев вниз, она увидела старинный флакончик духов, слегка покрытый пылью. Любопытство Марины взяло верх и она открыла флакончик, приготовившись ощутить какой-нибудь необычный аромат. Вместо этого, в нос Марины шибанул резкий запах, все закружилось перед глазами и она … открыла глаза!

 

- «Ну слава тебе господи, очухалась!» — Марина увидела перед собой обеспокоенное лицо бабушки Вари.

Обнаружив себя лежащей на асфальте, Марина почувствовала, что все тело болит, голова раскалывает, но бабушка Варя крепко схватила Марину и помогла ей встать на ноги.
- «А я значится вышла мусор выбросить, хоть ночью это плохая примета, но да смотрю ты прямо возле двери подъезда лежишь! Я к тебе, а ты без сознания! Я, значит, побежала домой за нашатырем… А что ты тут делала, да еще так поздно?» — скороговоркой выдала бабушка Варя, усадив Марину на лавку возле своего подъезда.
- «Баб Варь, я к вам шла!» — медленно выдавила из себя Марина, вспоминая ночной сон с цыганкой, — «И здесь я упала не сама, меня цыганка загипнотизировала, та с базара! Наверное украсть что-то хотела или отомстить…»
- «Ты это, Маринка, а ну-ка вставай, и пойдем ко мне чай пить с липовым медом. Расскажешь мне все подробно!» — с этими словами бабушка Варя кряхтя помогла Марине встать и поддерживая её повела к себе в квартиру.

 

А тем временем, цыганка Чарген быстро шла по ночному городу. Её путь лежал на окраину, где город подпирали со всех сторон домики частного сектора. Там, в глубине лабиринтов улочек и переулков, в нескольких больших домах жили цыганские семьи. На улице была глухая ночь и почти все цыгане спали. Почти. В одном из цыганских домов, в крайнем окошке только тускло мерцал свет.

 

Старая цыганка Ратри, могучая ведьма, в свое время не имевшая себе равных среди цыганских ведьм, давно зажгла толстую черную свечу и ждала, когда Чарген вернется, выполнив важное поручение. Старая цыганка узнала способ, как можно было вызволить мертвую мать Чарген из посмертного рабства ведьмы Варвары. Но он был очень кровавым и она никак не могла придумать, каким образом склонить Чарген исполнить кровавое дело. И тут удачно подвернулся случай с рынком, когда ведьма Варвара сама пришла к Чарген просить поиграть с её ученицей. Такой шанс упускать было нельзя.

 

Суть способа заключалась в том, чтобы пресечь волю, власть и силу ведьмы в отношении важного ей человека путем его умерщвления. Убив важного для ведьмы человека, убийца пресекал волю, власть и силу ведьмы. Он становился победителем воли, власти и силы ведьмы. Ведь воля, власть и сила ведьмы не желали смерти важного для ведьмы человека, наоборот, как минимум охраняли его жизнь и блага.

Старая цыганская ведьма все рассчитала, она знала, что Варвара вырвется из их чар и тогда Чарген окажется в очень опасной ситуации, ведьма Варвара может отомстить, не только не освободив покойную мать Чарген, но уничтожив саму Чарген с помощью своего колдовства, наслав покойную мать на свою еще живу дочь с быстрой порчей на смерть. И Чарген, осознав что произошло, согласилась на предложение старой Ратри. Получив от неё последние указания и особый нож, Чарген отправилась в ночь…

 

Ратри понимала, что убив Марину Чарген сама не справится с дальнейшим использованием пресечения воли, власти и силы ведьмы Варвары. Поэтому, старая цыганская ведьма дала Чарген свой ведьмин нож, чтобы Ратри потом смогла самостоятельно пользоваться своим ведьминым ножом, впитавшего символизм оружия человекоубийства и пресечения чужой ведьминой силы, в своих магических целях.

Готовясь к этому важному делу, старая цыганская ведьма пребывая в трансе увидела, что ведьма Варвара принудит Марину прийти, даже прибежать, к Варваре ночью. И этим нужно было воспользоваться…

Однако, прошло уже достаточно времени и Чарген должна была уже вернуться. Внезапно, старая Ратри напряглась, духи покойников, служащие ей, зашептали ей в ухо, что по переулку кто-то идет, но кто идет, духи почему-то увидеть и опознать не смогли, словно человека что-то скрывало. Закрыв глаза, старая цыганская ведьма потребовала от духов покойников показать того кто идет их покойничьим взором. И духи мигом перенесли сознание старой Ратри в пространство ночного переулка, где в смутном видении она увидела Чарген, быстро идущую к дому, и открыла глаза.

 

- «Разленились! Только жрать им подавай!» — вслух рявкнула цыганская ведьма адресуя реплики своим духам покойников, возмущаясь тем, что они не смогли определить человека, идущего по переулку, который старая Ратри считала своим. И не мудрено, ведь сколько жертвенной крови, на дороге, на углах домов и на перекрестках было ею вылито, сколько обрядов проведено. Этот переулок был пропитан магией цыганской ведьмы Ратри и никто не мог не то что пройти не замеченным, а сделать что-то не так, как возжелала бы старая цыганская ведьма.

 

Дверь в комнату, где сидела Ратри, скрипнула и через пару мгновений в свете свечи показалось бледное лицо Чарген. Она стояла, словно пошатываясь, и тяжело дышала.

 

- «Ну что? Ты сделала как я велела? Марина мертва?» — строго вопросила старая Ратри.

- «Да, вот нож, на нем кровь!» — сухо проговорила Чарген и достала из складок копны своих юбок кривой ведьминский нож старой Ратри. Лезвие ножа тускло блеснуло в свете свечи перед лицом старой цыганки.
- «Ты умница, Чарген. Ты …» — внезапно монолог старой цыганской ведьмы прервался и она захрипела. Дикая, удушающая боль пронзила её горло. Старая цыганка схватилась за горло и нащупала там нож. Свой нож, ведьмин нож, который держала за ручку Чарген…
- «Привет, Ратри! Как дела?» — изо рта Чарген раздался мужской бас. – «Варвара тебе шлет свой привет и поклон!» — и Чарген захохотала мужским голосом. Она выдернула из горла старой цыганки нож и стала беспорядочно бить им в тело цыганской ведьмы, хрипевшей и бьющейся в конвульсиях, пока старая Ратри наконец не затихла.
Затем, Чарген ватно наклонилась и перерезала острым кривым ведьминым ножом сухожилия на ногах и руках старой ведьмы. Конечным этапом страшного убийства старой цыганки стало её перерезанное горло.

 

После убийства Ратри, Чарген подошла к старому комоду и долго рылась в нем. Наконец, цыганка выпрямилась и в руках у нее была веревка. Чарген быстро и умело смастерила петлю, закрепила веревку на крюке люстры, накинула петлю себе на шею и шагнула в пустоту…

 

Бес, отзывающейся у ведьмы Варвары на имя Тимофей, вышел из уже начинающего коченеть висящего тела Чарген, словно из шкафа. Удовлетворенно осмотрев место последних событий, где он, через полностью подконтрольное тело и сознание Чарген, руками Чарген убил старую цыганскую ведьму и саму Чарген заставил совершить самоубийство, бес провел медитативный духовный просмотр пространства комнаты и быстро обнаружил души преставившихся Ратри и Чарген. Они были в растерянном и подавленном состоянии. В руках у беса появились кандалы с прилепленными к ним цепями, которые подобно живым змеям прыгнули из рук беса в сторону душ Ратри и Чарген. Во мгновение ока мертвые Ратри и Чарген был закованы в кандалы за шею, по рукам и ногам.

 

Полюбовавшись на плененные души, бес подплыл к телу мертвой старой цыганской ведьмы. Над её мертвым телом образовалось словно темно красное облако. Подплыв к облаку бес начал словно шумно вдыхать, вдыхать это облако. Было видно, что бес не просто вдыхает, он словно насыщался тяжелой энергией остывающей ведьминой крови.

 

Накушавшись, бес открыл в пространстве черную воронку, засасывающую в черную непроглядную тьму, и шагнул в нее, держа в руках цепи, тянущиеся к кандалам Ратри и Чарген, и исчез в воронке, словно в черной дыре. Цепи, ведущие к пленённым мертвым цыганским душам, натянулись, дернули плененных Ратри и Чарген, и они исчезли в воронке вслед за бесом. Воронка моментально растаяла, словно в пространстве ничего и не было, кроме начинающегося духовного разложения энергетических тел мертвых цыганок.

 

Ведьма Варвара внимательно выслушав рассказ Марины про сон с гигантским котом и свадебным платьем, про сон со старой цыганкой, а также про то, как её усыпила молодая цыганка, осмотрела щеку Марины с царапиной, появившейся после сна, смачно отхлебнула чаю, облизнув последнюю ложку липового меда из банки, и сказала: «Так что ты от меня хочешь, Маринка? Я чего-то не пойму.»

- «Помогите мне. Научите защититься от цыганского гипноза?» — пробормотала Марина.
Баба Варя рассмеялась: «Я не могу научить тебя защититься от цыганского гипноза. Я могу попробовать научить тебя той науке, которой меня обучили на фронте, или не научить ничему! Но если учить, то учить всему, потому что научившись всему ты сама научишься и защите, и не защите! Того, кто научился всему и умел все, в древности сжигали на кострах, их не называли гипнотизерами, их называли ведьмами и колдунами!»
- «Научите тогда вашей науке, научите всему!» — торопливо заговорила Марина, чувствуя, что баба Варя отказывает Марине и разговор потихоньку подходит к концу.
- «Всему… Хочешь сгореть на костре?» — баба Варя ухмыльнулась, — «Тебе придется научиться принимать мир таким, какой он есть, а не таким каким ты его знаешь! Тот мир, каким ты его знаешь, не дает тебе силы, он дает тебе рамки и ограничения! Я не буду заставлять тебя верить в Бога или Бабу Ягу! Вера мне твоя не нужна! И тебе она не нужна! Тебе придется все познать самой, на себе и решить для себя самостоятельно, как называть то, что ты будешь видеть, что ты будешь чувствовать и воспринимать, с чем ты будешь работать. И не сойти при этом с ума! А чтобы не сойти с ума, тебе придется полностью мне подчиниться, и душой, и сознанием! Ты изменишься Марина, очень, внутренне уж точно!»
- «Сейчас не жгут на кострах, не те времена! В это все сейчас не верят!..» — начало было отвечать Марина.
Ведьма Варвара громко рассмеялась: «Марина, если будет нужно, то сожгут! Такие как я обладаем знанием и силой, которую очень страшатся те, кто их не имеет! Свой страх они прячут за неверием, атеизмом. Но когда люди сталкиваются с нашей силой в своей жизни, то у них исчезают неверие и атеизм, ими овладевает ужас и в панике они готовы на все, в том числе и сжечь на костре! Тебе это надо? Иди домой, Маринка, подумай! А за цыганок забудь, не тронут они тебя больше!»

 

Маринка молча встала и на ватных ногах понурив голову двинулась к двери.

- «Ну а если вдруг надумаешь, решишься, то вот тебе баночка из под меда. Там меда еще осталось немного, но ты мед не ешь и банку не мой. Возьми баночку с собой и помести её под кровать, на которой спишь. Аккурат под тем местом, где у тебя лежит голова. И пусть лежит у тебя под кроватью 3 дня. Вот если решишь, то принесешь банку мне спустя 3 дня. Ну а если решишь не учиться, то просто выброси эту банку спустя 3 дня на свалку и ни о чем не беспокойся!» — четко выговаривая каждое слово сказала баба Варя.
- «А зачем это?» — спросила Марина, взяв банку в руки.
- «Ну, если принесешь банку, то будешь с помощью нее учиться управлять своим телом, мозгом, сознанием! Эта банка станет двойником твоего тела, твоего мозга и сознания! Тело, с его органами и мозгом, это сосуд для Силы! Эта банка станет инструментом, чтобы ты смогла научиться управлять ими!» — лениво сказала бабушка Варя.

 

Марина вышла из квартиры бабы Вари и вдруг обернулась: «Баб Варь, а почему во сне я была в свадебном платье и что то был за кот?»

Но баба Варя широко зевнула и закрывая дверь сказала: «Не бери в голову Маринка, иди, потом поговорим! Спать хочу, не могу!»

 

Конечно, то, что Марина была во сне в свадебно платье было не просто так. Здесь был играл роль символизм брачных отношений в мире мертвых.

Ведьма Варвара готовила Марину к браку. К браку с Силой и её представителями, или же, если Марина откажется от ученичества, то к браку с её смертью от колдовства Варвары и работы её бесов-помощников.
Благодаря бабе Варе Марина, сама того не подозревая, заимела статус невесты смерти или невесты новой жизни, тесно переплетенной со смертью. Невесты, идущей по краю и неведующей об этом…

 

Представив Марину одному из верховных духовных представителей Силы, который явился Марине во сне в облике гигантского кота, ведьма Варвара подстраховала свои действия. Теперь, если Марина соскочит с обучения, и вдруг решит рассказать о Варваре и его «гипнозе» другим людям, то Марину очень быстро уничтожит Сила через канал судьбы. Пусть Марина в этом случае будет принесена в жертву Силе, и баба Варя ничего с Марины не съест, зато перед Силой все будет сделано правильно. Ну а если Марина все же решится на обучение, то первые шаги ведьмой Варварой в отношении Марины уже сделаны, в том числе с одним из верховных духовных представителей Силы.

 

Баба Варя лукавила, когда передавала банку из под меда Марине и говорила, что в случае, если Марина решит не учиться, то она может просто выбросить банку на свалку и ни о чем не беспокоиться. На самом деле, выбрасывание банки, и особенно если бы банка при этом надкололась или разбилась, запустило бы колдовской механизм окончательного разрушения жизни и судьбы Марины.

 

Спустя пару дней, пенсионерка в быту, бабушка Варя, известная в узких магических кругах, а также в среди бесов и духов мертвых, как ведьма Варвара, неспешно брела по залитой солнцем улице. В левой руке она держала пустое ведро и мерно раскачивала им в такт своих шагов. В правой руке баба Варя держала жменю жаренных семечек, которые она по очереди оправляла себе в рот пальцами той же правой руки, сплевывая скорлупки лущённых семечек в сторону. Внезапно свернув в сторону, баба Варя решила перейти неширокую автомобильную дорогу в неположенном месте, не по пешеходному переходу. Судя по всему, её внезапно заинтересовал гастроном, находившийся аккурат на другой стороне дороги. Возможно, она о чем-то вспомнила и что-то хотела там купить.

 

Ступив на проезжую часть, баба Варя услышала визг тормозов и трехэтажный мат. Из автомобиля, белоснежных жигулей типа «копейка», выскочил мужчина средних лет в милицейской форме капитана и уже без мата закричал: «Гражданка, куда ты прешь под машину?! Глаза разуй!»

- «Ой, извини гражданин начальник, что-то плохо мне стало, солнце в глаза засветило и не увидела я тебя! Теперя буду смотреть оченно внимательно! Спасибо, что не задавил! Ну, пойду я!» — с этими словами баба Варя вознамерилась развернуться и уйти.
- «А ну стой! Куда пойду?! Документы!» — рявкнул мужчина в милицейской форме. – «Ах ты ж, японский городовой, ты еще и с пустым ведром мне перейти дорогу решила?! Так, а ну быстро гражданка садитесь в машину и поедем в отделение оформляться!» С этими словами милицейский капитан схватил бабу Варю за руку и потащил в машину.
- «Да отпусти меня, идол!» — причитала баба Варя, — «Ведро, куда?!»
- «На голову себе одень!» — рявкнул милиционер, усадив ведьму Варвару на переднее место пассажира и захлопнув дверь.
Через минуту белоснежная милицейская копейка уже ехала по улице. Баба Варя обернулась назад, посмотрела по сторонам и ухмыльнувшись сказала, обращаясь к милиционеру: «Нету никого. Не смотрят. Принес?»
- «Обижаете!» — крякнул капитан и, сунув руку под свое водительское сидение, извлек оттуда мешок. В мешке явно что-то было.
Баба Варя взяла мешок и бросила его в свое пустое ведро. Машина остановилась и баба Варя медленно вылезла из машины.
Закрывая дверь изнутри, милиционер поинтересовался – «Оплата как обычно?»
- «Как обычно Валерий Степанович, как обычно! И благодарю вас нижайше!» — улыбнулась ведьма Варвара и сделала движение поклониться.
- «Опять издеваешься?! Ох уж эти ведьмы!» -взвизгнув колесами, милицейская «копейка» умчалась по дороге, а баба Варя медленно побрела к себе домой.

 

Придя домой, ведьма развязала мешок. В мешке лежали кривой цыганский нож, которым пару дней назад была убита цыганская ведьма Ратри, и висельная веревка, на которой на месте убийства повесилась цыганка Чарген… Орудия преступления, убийства и самоубийства, впоследствии получившие статус вещественных доказательств и хранимые в архиве вещдоков, вдруг оказались у ведьмы Варвары…

 

Баба Варя мысленно улыбнулась, колдун Валерка, занимающий ответственный пост в городском УВД, никогда не подводил свою старую партнершу по колдовским делам!

(продолжение следует)

Елена Сибирякова